Новости

Как выселяют переселенцев, «качающих права»

0
25-05-2017, 11:24
0

Недавно в санатории-профилактории, принадлежащем коммунальному предприятию Киева, куда КГГА в 2014 году массово направляло беженцев из Крыма, а затем и Донбасса, случилось ЧП.

Неизвестно кем вызванный наряд полиции, постучав в одну из комнат, сначала долго выяснял у девочки младшего школьного возраста, где ее мама, а убедившись, что в комнате, кроме нее, никого больше нет, силой забрал 8-летнего ребенка с собой. Причем, девчушка так отчаянно сопротивлялась, что оборвала штору на окне, а когда ее все же вытолкали в общественный коридор, обхватила за колени выглянувшую на шум соседскую тетеньку и со слезами взмолилась: «Не отдавайте меня!».

Соседка не решилась перечить «представителям власти», а других взрослых переселенцев, которые смогли бы воспрепятствовать незаконным действиям полиции и защитить ребенка, в тот момент на месте события не оказалось. И Лизонька, общая любимица вынужденных обитателей коммунального «санатория», оказалась в одном из киевских приютов для несовершеннолетних.

Большинству жильцов о происшествии стало известно только на следующий день. Они вдруг увидели у ворот двора машину, в которую загружали нехитрый скарб маленькой семьи: матери и двух дочек, младшей из которых не исполнилось и года. Как оказалось, Надежду, мать девочек, поставили перед фактом: либо она освобождает комнату и выселяется из профилактория, либо никогда не получит Лизу обратно. Забегая вперед, скажу, что Лизу маме отдали, но далеко не сразу - девочку незаконно удерживали вне семьи несколько недель, без права свидания с матерью.

В совковом заповеднике

Это ЧП радикально раскололо общежитское сообщество. Хотя за три года проживания люди, в общем-то, адаптировались к своему бесправию, и, в частности, к изощренным методам принудительного выселения. Правда, за полтора года до этого случилось тоже неординарное событие, но раскола не вызвало. Тогда парень, «качавший права», по мнению администрации профилактория, был выселен лишь потому, что в его комнате опять-таки нагрянувший невесть откуда наряд полиции обнаружил под кроватью, в коробке из-под обуви, мину и гранату.

Хозяин комнаты, сам изумленный такой «находкой», немедленно был препровожден в райотдел «для выяснения обстоятельств». А когда разбирательство показало, что образцы «оружия» оказались муляжами, парня отпустили за отсутствием состава преступления (каким образом фейковые «улики» оказались в жилой комнате, правоохранителей уже не интересовало). В комнату его впустили лишь забрать свои вещи. Тогда большинство жильцов проглотило «пилюлю» беспредела, теперь получило «пощечину», а с ней и понимание, что зло беззакония способно увеличиваться, если ему не сопротивляться.

Сразу вспомнились более банальные поводы для расправы и выселения: шумные празднования дней рождения или скандальные выяснения отношений между собой. Но разве переселенцы – не люди, и все человеческое им чуждо? Администрация профилактория, по-видимому, думает иначе: «Раз терпят вас здесь, значит, ходите по струнке!».

Режим функционирования учреждения вполне сравним с палочным или сильно смахивает на совковый. Гостей можно принимать исключительно по паспорту, данные которого фиксируются вахтером в журнале посещений. Нет паспорта – не пройдет даже сын. До 23 часов все «посторонние» обязаны покинуть профилакторий. Молодая незамужняя Алина пожаловалась, что привела познакомить с родителями своего нового знакомого. Его через вахту пропустили, но периодически вахтерша приходила и напоминала жильцам, что время «Ч» приближается, и парень должен уйти. И возмущайся, сколько хочешь. Рядом с вахтой – охранник в камуфляже, а его вмешательство в разборки означает, что ты занял очередь на скорый вынос вещей.

В настоящий момент отключены от центрального водоснабжения две комнаты, в которых проживают две полноценные семьи. Администрация предъявляет технические причины отключения, а переселенцы уверены, что их попросту выживают, испытывая, насколько хватит их терпения. Об этом они не раз заявляли приглашенным журналистам. Но сюжеты по ТВ выходили и не выходили, а воз и ныне там: люди мучаются без воды в течение нескольких месяцев.

Для всех остальных жильцов вывод из данной ситуации очевиден: рано или поздно к каждому из проживающих будет подобран «ключик», способный превратить переселенца в бомжа уже по факту. Избранная руководством профилактория тактика «точечных» выселений оказалась куда более действенной, чем все другие меры.

Покорный теленок...

И осознание этого заставляет некоторых искать свой способ устоять на ногах. Например, Елена из Горловки с готовностью поддерживает все претензии администрации к переселенцам, будто находится не в одной «лодке» со своими земляками. Ее «особое мнение» вполне объяснимо. Вдвоем с мужем они – пенсионеры, но в выделенной комнате Елена зачастую проживает одна: мужа ее почти не видно, поэтому мало кто его знает в лицо. По той простой причине, что живет он больше времени по месту постоянной регистрации, нежели временной. Да и сама Елена почти все прошлое лето провела у детей, отдыхая вместе с внуками на Азовском море.

Дружба «против» всех остальных переселенцев дает ей ряд «бонусов». Во-первых, никого не подселяют к ней в комнату, а в профилактории есть примеры проживания в одной комнате чужих людей. Но гораздо важней то, что можно не волноваться за шахтерскую пенсию мужа: при случае администрация профилактория всегда подтвердит проверяющим из собеса, что муж Елены не наезжает время от времени, а живет постоянно. Ведь государство жестко увязало между собой выплаты пенсии и социальной помощи, заставив переселенцев обманывать.

Свою «лояльность» к тем, от кого зависит, Елена подкрепляет аккуратной оплатой за «проживание» мужа. И ей не жаль расстаться с 884 грн., «упавшими» на голову за фиктивное переселение супруга - личное спокойствие дороже. Вообще, пенсионеры - самые добросовестные плательщики по счетам, выставляемым администрацией. Большинство из них по жизни усвоило незыблемое правило: государство дало - государство взяло. И с социальной выплатой расстаются без особой трагедии, умеючи жить только на пенсию.

У каждого – своя история, своя боль

Эта безропотная готовность, безусловно, является яблоком раздора со всеми остальными проживающими, которым зачастую просто нечем платить. У трудоспособных жильцов, в большинстве своем, не получается в силу разных причин закрепиться на постоянном месте работы – перебиваются случайными заработками. Много среди проживающих женщин с детьми, которым трудно совместить полноценную работу с материнством.

Еще более критически складывается ситуация у мужчин, которым до пенсии осталось 2-3 года. Для них найти работу на задворках Киева, в курортном местечке, практически невозможно: возрастной ценз – в действии. А заниматься физическим трудом – здоровья не хватает. Тем не менее, 59-летниий Виталий из Донецка, работавший до войны главным инженером на вредном производстве, согласился на работу охранником и грузчиком одновременно, даже низкий уровень оплаты его не остановил. Хотя пенсию себе он успел заработать, ну, вот беда – его жене Анне в пенсии отказали, хотя она давно достигла пенсионного возраста. ПФ потребовал от нее подтвердить справкой 7 лет стажа на заводе, которого в Донецке уже просто нет в наличии.

Виталий – исключение из правил. Большинство же его сверстников терпят унижение и получают психологическую травму от того, что живут за счет пенсии жены. Если таковая имеется, конечно. 57-летний Виктор из Луганска был вдовцом, пошел в супермаркет тоже охранником-грузчиком, но зарплата, как не растягивай, не покрывала всех его расходов, особенно, связанных со съемом жилья. Попросился на постой в семью сына. Но как показывает практика, даже самые теплые родственные чувства не выдерживают долгого испытания скученностью проживания. Чтоб не быть обузой сыну, Виктор свел счеты с жизнью, повесившись.

В профилактории тоже уже случались смерти. Правда, двое переселенцев руки на себя не накладывали, но также не захотели стать непосильной ношей для своих детей. Люди глубоко преклонного возраста, к тому же заболевшие, остро нуждались в помощи со стороны. Но оба наотрез отказались давать опекавшим их соседям координаты своих детей, молча приняв решение не бороться за собственное выздоровление. Но еще более отчаянной здесь стала смерть 45-летнего Николая из Луганской области. Он вернулся из АТО, и, по-видимому, очень нуждался в психологической реабилитации, которой так и не дождался.

Вдова Николая уверена, что отправка на войну всех, кто подлежал мобилизации, состоялась при деятельном участии администрации профилактория. В принципе, с ней согласны и другие переселенцы, для кого призыв их родных в армию закончился не столь трагично. Целыми и невредимыми они с фронта вернулись. Туда, откуда призывались, то есть, их социальное положение никак не улучшилось, несмотря на то, что они рисковали жизнью за Украину. Впрочем, положенную по закону землю под строительство одному из них таки выделили. Но у бывшего фронтовика трое детей и престижная, но низко оплачиваемая работа: помощи в постройке дома ждать неоткуда.

Законы, законы…в чем ваша сладость?

Как возликовали переселенцы, когда Верховная Рада 16 марта этого года приняла закон, согласно с которым АТОшники и переселенцы получили право на господдержку в размере 50% стоимости жилья или льготный ипотечный кредит с процентной ставкой 7% годовых. Ну, наконец-то! Все друг друга поздравляли, у всех появилась долгожданная надежда на завтрашний день. Но трезвые юристы, проанализировав закон вдоль и поперек, не оставили от этой радости и следа. Выходит, зря поднимали волну в соцсетях завистники, подозревая, будто переселенцы скупят теперь все квартиры в Киеве, Харькове и Днепре. Переселенцы по-прежнему никому на деле не нужны!

Да и принятый 27 марта, закон ««Об обеспечении прав и свобод внутренне перемещенных лиц», ничего не изменил в жизни переселенцев профилактория. Вроде и гарантирует он переселенцам право на оплату стоимости коммунальных услуг в местах компактного поселения по тарифам, установленным для всех остальных граждан страны. Но никто его выполнять что-то не торопится: в выставленных администрацией платежках – те же самые цифры, какие были раньше. И по-прежнему в счете значится плата не «за коммунальные услуги» , а плата «за проживание» (что прямо запрещено ст. 7 закона «Об обеспечении прав и свобод внутренне перемещенных лиц»!) с учетом коммунальных тарифов, установленных для юридических лиц. Закон на поверку оказался очередным мыльным пузырем.

Недавнее ликование по поводу того, что государство, наконец, начало проявлять к переселенцам заботу, сменилось привычными настроениями, царящими в среде ВПЛ: безысходности, апатии и страха. Хоть и законы – на стороне переселенцев, но как добиться их исполнения? Никто не хочет возвращения к старому: к открытому противостоянию с администрацией профилактория. Эти бесконечные собрания по поводу как и сколько платить за потребленные услуги ЖКХ. Споры, ссоры, подозрения, взаимные обиды: сколько людей - столько и мнений. А закончилось все тривиально: отключением электроэнергии, из-за чего автоматом исчезло отопление, как раз в самый мороз - вначале января прошлого года! И ни единого помощника – рядом. Ни тебе журналистов, ни народных депутатов, ни общественных организаций с волонтерами – никто не откликнулся тогда на беду.

Это поначалу, весной-летом 14-го года у переселенцев была фора: их тема у всех была на слуху и в ходу. В места их компактного проживания направлялись целые делегации из депутатов, волонтеров, журналистов и разных благотворителей. Это просто удобно: искать никого требуется, все люди со своими историями – под рукой Переселенцы этого профилактория – тоже не исключение: были героями разных телевизионных передач. Особым вниманием пользовались дети всех возрастов, проживающие здесь (а их – больше 3 десятков). Вот игровая комната: отремонтированная и набитая игрушками. И детские лица, светящиеся радостью от полученных подарков. Такие сюжеты появлялись регулярно: многим нравилось выглядеть благодетелями на фоне чужой обездоленности.

А потом интерес к переселенцам иссяк, а с ним и пересох ручеек гуманитарной помощи. «Специалисты» стали утверждать, что, мол, плотная забота и опека неизменно порождает у переселенцев нехорошее чувство иждивенчества: будто они привыкают, что им все должны. Но ход событий опроверг пессимистические прогнозы, поскольку «иждивенчество» переселенцев не состоялось – оно просто не успело прижиться.

Все средства хороши?

На третий день, как отключили свет, когда даже чая невозможно было согреть, люди поняли, что рассчитывать им не на кого, кроме самих себя. Акция протеста в КГГА, когда они заблокировали один из входов в мэрию, быстро вернула электричество и тепло в комнаты. А потом уже, свои же, никем не невостребованные, безработные юристы научились действовать превентивно, грамотно составлять документы и отправлять по правильным адресам. Благодаря этому уже больше года здесь не отключали электроэнергию, и профилакторий благополучно пережил нынешнюю зиму.

Чего не скажешь о соседях: еще одного санатория – профилактория, в котором тоже проживают переселенцы, но где зимой так и не включили отопление. Наступившей весной уже новый собственник их курортного комплекса продолжил попытки выселения людей на улицу. Не погнушался даже привлечением к процессу титушек, которые вывели из строя трансформаторную подстанцию и оборвали внутреннюю электропроводку в жилом корпусе, чтоб уж наверняка лишить переселенцев электроснабжения. В довесок еще и побили стекла в окнах здания, чтоб «понаехавшие» жили – не тужили.

Прибывшим на место происшествия волонтерам и депутатам, ранее опекавшим эту группу переселенцев (между прочим, насчитывающую около 170 людей, чьи финансовые возможности не позволяют им снять квартиру!), нечем было успокоить испуганных переселенцев. Гости принялись их убеждать в том, что освободить жилплощадь все-таки придется: мол, частная собственность. Между их слов отчетливо слышалось, что альтернативы для переживших насилие, кроме как вернуться домой, на оккупированную территорию, просто нет.

Судя по информации из разных уголков Украины, такие случаи расправы с компактно проживающими переселенцами далеко не одиноки. Что может свидетельствовать о негласной цели власти, вопреки официальной риторике, ускорить возвращение ВПЛ туда, откуда они, спасаясь, бежали! И средства все для этого хороши?! Женевская Конвенция ООН о статусе беженцев, принятая мировым сообществом еще в 1951 году, строго запрещает национальным правительствам такие действия. Похоже, что нынешнему руководству Украины ратифицированные государством нормы международного права – не указ!

© РПД «Донецкие новости»

Связаться с администрацией: reklama@doneck-news.com

Copyright © 2014 - 2019 ТОП новости Донецка Все права защищены.

Копирование и использование информации с сайта ТОП новости Донецка разрешается при условии прямой, открытой для поисковых систем гиперссылки на оригинал (doneck-news.com).

    Яндекс.Метрика
Регистрация